Терпение дьявола [litres] - Алексей Соколов

Помогло. Боль из мышц хоть никуда не ушла, но голова все же заметно прояснилась. Чавкающие звуки шагов и приглушенное чертыхание позади напомнили, что в своих чаяниях он не одинок. Удивительно, но взгляд на державшегося из последних сил Колоду, поддерживаемого запыхавшимся Питоном, придал Сапсану энергии. Развернувшись, он подошел к отставшим спутникам и сказал, стараясь добавить голосу как можно больше уверенности:

– Еще чуть-чуть. Метров триста осталось. Ну? Это, вообще, даже почти и не считается, братва!

Он впервые так назвал своих компаньонов и тут же об этом пожалел. Нашел время брататься. И нашел еще с кем. Один – отморозок, по которому пуля плачет, второй – вообще урка закоренелый, за свои шестьдесят с лишним лет ни дня не проживший честно! Вот так компания подобралась…

Впрочем, тут уж самому перед собой оправдываться не надо. Ты вместе с ними идешь, сталкер. Идешь не к соседке за солью – за краденым идешь. Потому что деться тебе некуда. Потому что своими выходками ты сам себе под ноги насрал и не нужен сейчас никому. Без оружия, без еды, без снаряги толковой – а идешь. И дойдешь, сволочь! А ну!

– Слышьте, подельнички хреновы! – остервенело гаркнул он на зэков. – Подтянули портки и дунули за мной. Я из-за вас здесь подыхать не собираюсь! Чего стоишь, вылупившись? Хватай деда в охапку и хоть на горбу его волоки, но чтоб не отставать мне тут!

Последние слова относились к Питону. Спортсмен уже вознамерился было поднять огромные кулаки, как вдруг Колода затрясся, зайдясь мелким смехом.

– Игорек, хр-р, ты… – сдавленно кашляя, проговорил он, – а ведь ты струхнул, Игорек, э? Аха-ха-хр-р! Помереть боишься? Не боись. И не такое видали, не таких уделывали. – Резко вдруг посерьезнев, Колода выпрямился и уже без тени юмора произнес: – Все, хватит! Размокли мы тут. Осталось-то, в натуре, совсем немного.

Питон не стал давать волю своему самолюбию, очевидно поняв его несвоевременность. Злобно глянув на сталкера, он насупился и решительно перехватил слегу. Вот это другое дело.

– Ладно, забыли. – Сапсан сдержанно улыбнулся. – И так уже времени сколько потеряли. Когда выйдем, уже темнеть начнет. А надо еще ночевку соорудить.

Теперь они шли не растягиваясь. Колода, по примеру Сапсана, ополоснул лицо и заметно приободрился. Только Питон, погруженный в какие-то свои мысли, угрюмо раздвигал ногами листья осоки. Внезапно его лицо прояснилось и, ткнув пальцем куда-то вперед, спортсмен хрипло сказал:

– Кажись, пришли, епа.

Сапсан, еще раньше заметивший долгожданный лесок, согласно кивнул:

– Ну да. Последний рывок остался. И аномалий тоже не видно. Стой!

Он опоздал. Питон успел сделать только несколько шагов, когда словно исполинская бита ударила его в спину. Описав дугу, кувыркающееся тело спортсмена полетело ровнехонько в сторону берега. Подхватив оторопевшего Колоду, Сапсан собрал остатки сил и, не теряя ни секунды, рванул вперед.

В отличие от других аномалий, «попрыгун», чем он меньше, тем дольше перезаряжается. Тот пятачок, в который угодил Питон, явно был совсем молодым, иначе была бы морока снимать переломанного спортсмена с далеких сосен Рыжего леса.

Придерживая старого зэка за плечи, сталкер вдвое пристальней смотрел под ноги, стараясь не сбавлять хода и при этом не повторить печальной участи Питона. Немного не доходя до того места, где болотная жижа соприкасалась с кромкой земли, они, наконец, увидели спортсмена, лежащего среди раздавленных кочек.

Дотащив тяжело дышащего Колоду до твердого берега, Сапсан подбежал к распластанному Питону и, присев на корточки, с облегчением убедился, что тот дышит. Это хорошо! Потеря бойца, хоть и такого строптивого, была бы ненужным расточительством.

Дождавшись, пока Питон поднимет голову, он непринужденно спросил:

– Добегался?

– А-ы-ы… – промычал спортсмен, снова уронив голову обратно в грязь.

– Хорошо хоть рюкзак не слетел. – Сапсан снял с его плеч опутанный тиной ранец и деловито осведомился: – Ствол где?

– По-по-по…

– Потерял?

– По-подо мной. Больно, епа… – Питон медленно приподнялся и сел на кочку, потирая ушибленные места. – Нехреново я так влетел.

– Радуйся, что «попрыгун» слабый попался, – наставительно сказал сталкер. – Будь он посильнее, кружился бы ты сейчас на околоземной орбите. Какой леший тебя вперед понес?

– Так ты же сказал, что аномалий не видно, – буркнул Питон, озадаченно ощупывая спину.

– Не видно не значит, что их нет. Попалась бы «комариная плешь» такого же размера, пригвоздила бы на месте и ступни раздавила. Вот хоть говори, хоть…

– Да понял я, понял. Не гунди, епа. – Питон, покряхтывая, встал. – А Колода где?

– Отдыхает, – ответил Сапсан, тоже поднимаясь. – Сам-то оклемался? Пошли, надо осмотреться и устроиться где-нибудь. И как-нибудь.

Небо медленно темнело. Солнце, до сих пор прячущееся за сплошной пеленой туч, начинало клониться к закату, поэтому мысли о том, где провести ночь, не покидали голову сталкера.

Тут уже не окраина, поэтому поиски какого-нибудь заброшенного хутора или даже деревеньки, коих в свое время было много раскидано по здешним местам, вполне могут оказаться удачными. Надо снова посмотреть карты. Хоть что-то на них должно быть указано. Подойдет любая развалюха, главное, чтоб крыша над головой была. Быстро же день пролетел.

Вместе с прихрамывающим Питоном, сокрушенно оглядывающим окончательно изгвазданные штаны и куртку, они вернулись к Колоде. Слабо улыбнувшись при виде спортсмена, старый зэк спросил его:

– Стремно без крыльев-то?

– Не, нормально, – отмахнулся Питон. Постучал по висящему на животе «хеклеру». – Ребра болят только, грудаком на ствол упал.

– Ну это семечки, – усмехнулся Колода. – Попал бы ты на Соликамск, в пересыльный отсек, вот тогда бы знал, что такое, когда ребра болят. А это… кхе-кхе…

Пока вор откашливался, Сапсан рассматривал карту. У окончания брода он отметил их нынешнее местонахождение и стал изучать окружающие метки, взяв радиус примерно в километр. Если ничего не найдется, то придется, конечно, расширить круг поисков.

Согласно карте, перелесок, где они оказались, окружал болото почти полностью, прерываясь только на северо-западе, куда забирать смысла нет – там поле без всяких интересных обозначений. С одной стороны, поле – это хорошо, ибо мутанты не очень любят открытые пространства. Однако на этом же поле можно стать хорошей мишенью для тех, кто к мутантам не относится. Вот это уже плохо. Вполне возможно, что здесь начинаются хоженые места и к хорошо видимому издалека костру может выйти кто угодно. Сталкеры если и не подстрелят, то косых взглядов и ненужных расспросов не оберешься. А если попадутся не сталкеры? Военные патрули ведь не только на вертолетах летают.

Ладно, хватит. Поддаться пораженческим настроениям никогда не поздно, а сейчас надо думать, думать, думать. Должно же здесь быть что-то полезное, должно… Есть!

Оторвавшись от своего занятия и ткнув пальцем в обнаруженный треугольник, сталкер сказал:

– Эта отметка – населенный пункт. Бывший населенный, конечно. Не знаю, что это конкретно, но через три-четыре часа совсем стемнеет, поэтому добраться туда надо побыстрее. Отсюда, если я правильно рассчитал, будет метров восемьсот.

– А если неправильно ты рассчитал? – перебил его Питон, вытряхивая набившийся в кроссовки ил. – Что тогда?

– Тогда будет километр. Или два. Или три. Но все равно идти придется. Ночевать под открытым небом здесь – это, поверь на слово, очень грустно. Тем более что костер не развести – приятные гости на огонек не заявятся. А костер нужен. Сам ведь видишь, что с нашим грабителем века делается. Колода, ты идти можешь?

– Могу, парняги, могу, – ответил Колода. – А если не смогу – потащите. Никуда, кхе, не денетесь.

– Потащим-потащим… – пробурчал Сапсан, складывая карты в стопку и убирая ее в мокрый карман.

Осмотрелся – аномалий не видно. Но это, как подтвердил своим полетом Питон, не значит, что их нет. Эх, сейчас бы ПДА с нормальной картой аномальных полей и точек. Говорят, у военных на наладонных компьютерах не только расположение аномалий, а даже мутанты в полукилометровом радиусе отмечены. Живут же некоторые. Но, чего нет – того нет. Придется по старинке – болтиками. А поскольку и их нет, то камешками, палочками и другими подручными средствами. Правда, некоторые аномалии на них не реагируют, но еще и не стемнело толком, так что прорвемся, не порвемся.

– Все, граждане бандиты, – сказал он. – Пора. Питон, смотри в оба. Аномалии я сам определю, а ты, если шевеление какое-то услышишь – сразу меня толкай, даже если думаешь, что показалось.

– Угу. – Питон, перекинув «хеклер» за спину, помог Колоде подняться. – Только рюкзак забери, мешает.